?

Log in

No account? Create an account
 

Звягин выждал перед дверью, накручивая и разжигая себя: резкое… - Лохматые записки

About Звягин выждал перед дверью, накручивая и разжигая себя: резкое…

Previous Entry 14 окт, 2007 @ 03:11 Next Entry
Звягин выждал перед дверью, накручивая и разжигая себя: резкое лицо
побледнело, ноздри раздулись, рот сжался в прямую ножевую черту. Властно
постучал и, не дожидаясь ответа, шагнул, дверь за собой захлопнув с треском.
- Встать! - сдавленным от ярости голосом приказал он.
Худощавый, неприметной внешности парень лежал на кровати, обернув к
нему непонимающее лицо. Лицо было изможденное, глаза мутные, тревожные,
больные. "Вот он какой".
- Встать, дерьмо? - бешено повторил Звягин, грохнув кулаком по шкафу.
Саша апатично подчинился, уставившись на него равнодушно: всем
существом он был далек от происходящего.
- Ты знаешь, кто я? - карающе лязгнул Звягин.
- Нет, - флегматично ответил Саша, пребывая в глухом омуте собственных
переживаний: его уже не задевали мелочи внешних событий.
- Я - Звягин!! - загремел Звягин. - Здесь камни отзываются на это имя!
- оскалясь, прокричал он [Фраза беззастенчиво заимствована Звягиным из
"Собора Парижской богоматери" при подготовке этой сцены.]. - И я пришел,
чтобы вытряхнуть из тебя твою вонючую трусливую душонку! Ты слышишь меня?!
Саша машинально кивнул. Его начало пронимать: глаза обретали
осмысленное выражение.
- Чего ты разлегся, подонок! - орал Звягин. - Что ты разнюнился! Что,
страшно?! А ты как думал - что это не для тебя?! Это не минует никого?
Никого, будь спокоен! Что, себя жалко ?! А ты вспомни тех ребят, которые
погибли под пулями, в девятнадцать лет! Тех, кого сжигали на кострах! Кто
умирал на плахе! Расстрелянных у стен! Задохнувшихся в газовых камерах! Они
что, были не такими, как ты? Или не хотели жить? 1 Или не были моложе тебя?!
Что, любил кино про героев, а сам чуть что - наклал в штаны?!
Он набрал в грудь воздуха полнее:
- Доля мужчины - смотреть в лицо смерти!! Нет на свете ничего обычнее
смерти! Японские самураи делали себе харакири, если так велела им честь!
Викинги, попавшие в плен, если хотели доказать врагам свое мужество и
презрение к смерти, просили сделать им "кровавого орла": им живым вырубали
мечом ребра и вырывали из груди легкие и сердце. В Азии некогда казни
продолжались часами, там делали такое, что тебе и не приснится, и палачей
подкупали, чтоб они убили осужденных сразу!
Саша начал глубже дышать, прикованный взглядом к раскаленному оратору,
поддаваясь мощному напору звягинского магнетизма.
- Тебя не будут пытать, перебивая ломом кости, выматывая жилы на
телефонную катушку, сверля зубные нервы бормашиной насквозь с деснами! Не
взрежут брюхо, чтоб вымотать щепкой кишки и развесить их перед тобой на
колючей проволоке! Не четвертуют, чтоб ты смотрел, как отпадают и лежат
рядом твои отрубленные руки и ноги! Тебя не сунут головой в паровозную
топку, в белый огонь! Не спустят в прорубь, чтоб ты задыхался подо льдом,
срывая об него ногти и захлебываясь ледяной водой! Чего тебе еще?!
Под тобой не разломится сбитый самолет, и ты не полетишь вниз с
километровой высоты! Тебя не поставят на колени у ямы и не убьют обычной
мотыгой - скучно, как при надоевшей работе! Тебе не войдет между ног осколок
снаряда, тебе не перережут горло ножом над канавкой, как это делалось в
Бухаре! Ты не будешь подыхать ночью в луже, гнить от цинги в таежном снегу,
бредить в палящей пустыне с распухшей от жажды глоткой! Не будешь тонуть
полярной ночью в мазуте, который растекся поверх воды и сжигает тебе легкие
и желудок прежде, чем дикий холод воды прикончит твое сердце! Что еще тебе
надо?!
Тебя не шарахнет молния, или кирпич с крыши, или инфаркт во сне, или
нож из-за угла, - так что переходишь в небытие, никогда не узнав, что ты
покинул жизнь. Нет, - у тебя есть время сделать все последние дела, привести
в порядок совесть и мысли, раздать долги и завершить начатое, попрощаться со
всеми и облегчить душу. И умрешь ты в тепле и в сухе, в собственном доме, в
чистой теплой постели, и добрые папенька с маменькой достанут тебе морфий, и
ты спокойно уснешь - уход по классу люкс, мечта миллионов мучеников всех
времен! Так что ты воешь, вшивый щенок?!
Звягин рванул с шеи галстук, отскочила и покатилась по полу пуговка.
- Это все равно неизбежно! так подними голову! Подыхать - так с
музыкой! Так мужчиной! Так, чтобы потом вспоминали, как ты ушел! Как умирали
римские императоры - стоя! Скулящий щенок вызывает презрение и брезгливую
жалость, умирающий герой - преклонение!
Да - герой умирает один раз, а трус - постоянно! И умереть надо так,
чтобы внушить окружающим мужество, гордость, достоинство своим поведением!
Смерть - дело житейское, и его тоже надо уметь делать!
Смело! Храбро! Гордо! Как мужчина! Улыбаясь до конца! Живя как человек
- до конца! Делая дела, шутя и смеясь, спокойно и твердо, как любое обычное
дело!
Мы все уйдем, и останемся только в наших делах и в памяти людей. И
доколе живут эти дела и живет память - мы тоже живем, это все, что нам
остается и после смерти. Так не дрожащей тварью, которая своим ужасом и
страданиями терзает души близких, - а опорой, образцом для подражания,
достойнейшим из достойных, сильнейшим из сильных, недосягаемо высоким
примером того, как должен жить и уходить из жизни настоящий человек! Тогда
это - не страшно, тогда превыше всего в человеке гордость своим мужеством,
своей силой, и радость от сознания, что даже это он может достойно
преодолеть, быть выше других, слабых и недостойных! Удовлетворение тем, что
он все сумел испытать и вынести в жизни! Это высшее самоутверждение -
оставаться человеком, глядя в глаза смерти! Сказать себе: я могу, я
настоящий человек, я мужчина, я герой! Я вам покажу, как уходят настоящие
мужчины!..
Звягин перевел дух. Катил пот, голос осип от напряжения.
Саша застыл завороженно, порывисто дыша от передавшегося ему волнения,
вцепившись побелевшими пальцами в спинку стула. Звягин снова собрал все силы
воедино, выжигая последний запас нервной энергии и направляя этот очищающий
огонь в заросшую и разъеденную страхом душу стоящего перед ним человека, как
выжигают гудящей паяльной лампой, клинком огня всю дрянь и краску на
металле, обнажая металлический остов.
- Щенок!! - проревел он. - Трус! Подонок! Сопляк! И, шагнув вперед,
отвесил Саше две резкие, тяжелые пощечины. Тот ахнул сведенным горлом,
голова дернулась влево-вправо, с судорожным всхлипом вздохнул, он смотрел на
Звягина в оцепенении, как загипнотизированный.
- Струсил! Заскулил! Обмочился со страху! - рубил в раже Звягин. -
Дрянь, ничтожество, слизняк! Как ты мог, как ты мог!.. Ну не-ет: поднять
голову, стиснуть зубы, наслаждаться каждой секундой бытия, наслаждаться
борьбой с самой смертью!
Жизнь всегда коротка, сколько бы ни прожил. Жизнь все равно проносится
мгновенно. Жизнь - сама себе мера, сколько лет ни живи - мало, мало. Так
сейчас или через сорок лет - все едино: умирать никому неохота.
Так идти по своему пути ровной твердой поступью, ничего не боясь, глядя
в лицо всему! Сколько отпущено - счастливо, полноценно, на все сто
процентов! Чего там долго думать о неизбежном - думать надо о жизни, о том,
что еще можно успеть сделать: дышать, видеть, читать, есть, пить, ездить,
любить, бороться! И бороться - с собственной слабостью, с любыми
трудностями, преодолевать себя - и уважать себя за свою силу, уважать себя
за свое мужество, за свою гордость!

Copyright (Веллер)
Оставить комментарий
Top of Page Разработано LiveJournal.com